– Неужели мы поедем одни?

– Когда ехать-то?

– Завтра! Можно мы поедем завтра?

– Мама, как тебе пришла в голову такая идея? Это просто чудо какое-то!

Кики, утвердясь на плече у Джека, внимательно вслушивался в звонкое ребячье многоголосие. Мыши, прячущиеся в одеждах Филиппа, насмерть перепугавшись от внезапного взрыва эмоций, юркнули в самые дальние и потаенные уголки и там затихли.

– Дайте сказать, иначе вы так никогда ничего и не узнаете! – крикнула миссис Меннеринг. – Через несколько дней для исследования нескольких необитаемых островков на севере Англии отправляется экспедиция – несколько ученых-натуралистов и с ними еще мальчик, сын орнитолога доктора Джонса.

Ребята знали, кто такие орнитологи – это люди, изучающие птиц, их жизнь и повадки. Отец Филиппа, скончавшийся несколько лет назад, тоже был большим любителем пернатых. Мальчик всегда страшно переживал, что никогда не видел отца, потому что именно от него унаследовал безмерную любовь и горячий интерес к животным.

– Доктор Джонс? Он ведь был лучшим другом отца, – сказал Филипп. Мать кивнула.

– Да! Я встретила его на прошлой неделе, и он рассказал мне о готовящейся экспедиции. Сын едет с ним, и он спросил, нет ли и у вас желания присоединиться. Вы были тогда еще очень слабенькими, и я отказалась. Но теперь..

– Теперь мы едем! – Филипп бросился матери на шею и восторженно прижал ее к своей груди. – Одного не могу понять – ты знала об экспедиции и все-таки вытащила откуда-то эту пронафталиненную мисс Редлих?